?

Log in

No account? Create an account
Не котики, но тоже сойдет.:)
От нашего бесконечного аврала по поводу московской недвижимости тоже бывает польза. Пару лет назад я делала запрос о каком-то домовладении на улице Солянке. Справки мы даем по самым поздним имеющимся описаниям владений, 1914 года, и довольно часто бывает, что, когда не можем точно понять, о каком именно доме нас спрашивают, перечисляем все имеющееся во владении (это всегда несколько построек, даже у 5-6 этажного доходного дома во дворе будет еще несколько построек - сараи, дворницкие ("строение для принадлежностей"), еще что-нибудь неопределенно хозяйственное.
Так вот, в домовладении на Солянке в 1914 году был, в числе прочих построек, коровник на 4 стойла. Я не без мстительного удовольствия коровник тоже включила в справку (если заказчик не может внятно сформулировать, что же ему нужно, то пусть получит все, включая коровник или какой-нибудь деревянный навес на столбах). Но некоторое время меня преследовало видение четырех коров, теплым летним днем неспешно бредущих пастись куда-то к Яузе, в сторону Котельников, и трамваи судорожно притормаживают, пропуская их.:)
Иногда они возвращаются.:) Теперь пришел запрос от очередного московского госучреждения по поводу приватизации сарая на Чистопрудном бульваре. Сарай (разумеется, при доходном доме и еще куче тамошних построек, оставшихся от былой барской усадьбы) действительно обнаружился, причем не один, а кроме того, каретник, конюшня на 4 стойла и коровник на 1 корову. Все тот же 1914 год, корова, мирно объедающая травку на бульваре, приветственно мычит своим подругам с Солянки и призывает не удивляться корове поэта и декабриста Рылеева, которая в петербургском наводнении 1824 года не хотела подниматься по лестнице на 2 этаж дома Российско-Американской компании на набережной Мойки.:)
Уже очень давно мы ничего не писали о Землях Полдня, между тем материала лежит не на один пост. Это как-то неправильно, и сегодня мы продолжаем рассказ о местах, связанных с восстанием Черниговского полка. Первая часть (Фастов-Трилесы) здесь
Все фотографии сделаны Мышью и Фредом в апреле 2015 года.

Теперь мы выходим на начало «восьмерки», от конца к началу – в город Васильков.
Ровно этой же дорогой, со стороны Трилес, 29 декабря 1825 г. вышла рота Кузьмина, собирая по дороге расквартированные по окрестным деревням другие роты, направляясь в уездный город Васильков, где находился штаб Черниговского полка.

ВасильковCollapse )

Климатическое

или малый ледниковый период в стремлении к завершению.:)

И.Б. Пестель - сыну Павлу, 27 ноября 1813 года, старый стиль.
Вообще в городе много болезней, поскольку зима не хочет устанавливаться: сейчас, когда я вам пишу, у нас 3 градуса тепла. До сих пор было не более 4 градусов холода – вещь удивительная для здешнего климата. В прошлом году 16 октября Нева уже стала, а в этом году пока нет признаков, что это вообще случится.
(перевод О.В. Эдельман, мы как-то незаметно для себя ухитрились пропустить этот лист).
(Градусы, похоже, все-таки Цельсия.) Нева, вставшая 28 октября, и так до весны - это, пожалуй, холодновато даже для меня.

Цитата

"Впрочем, идентичности множества акторов, вовлеченных в эту историю, казалось, были изначально отчуждены доминирующими дискурсами. Так это или нет, мы не знаем.

Спрашивать меня, что здесь написано, бесполезно, я понимаю смысл наречий и глаголов - и все. Вот как надо писать научные работы!
Могу только раскрыть тайну авторства, названия и места в тексте:
Н. Потапова. Трибуны сырых казематов. Политика и дискурсивные стратегии в деле декабристов. Спб, 2017. С. 181., глава "Протест и риторика политических репрезентаций", в переводе с Потаповой - глава о событиях 14 декабря 1825 года в Петербурге. Цитата начинает новый абзац, так что предшествующий текст понять смысл этого не помогает.
В принципе этот абзац довольно полно характеризует монографию, хотя, дочитав, я что-нибудь о ней все-таки напишу.:)
или, "извините, разорвало".
"Зажмурьте глаза, глубоко вдохните и признайтесь хотя бы сами себе, молча. Признайтесь: достоверного прошлого не существует. Ибо уже через 5 минут любое событие начинает бытовать как интерпретация. Не говоря уж про пять веков. Не говоря уж про 25 версий двадцати пяти свидетелей, интерпретированных двадцатью пятью историками с разными взглядами. Прошлое - всегда реконструкция из настоящего", - резюмировал министр.

Отсюда: http://www.newsru.com/russia/04jul2017/medinskiy.html


Историк, который говорит и пишет такое - лжец, шарлатан и наперсточник. Даже если он защитил диссертацию по специальности "история". Даже если защитил две.
Если вы видите такое в научной или научно-популярной литературе - закрывайте книгу, если это ваша книга, отнесите ее в подъезд и положите на почтовый ящик, может, кто-то заберет на дачу на растопку или приспособит еще к какому-то делу. (Лучше бы, конечно, вообще выбросить, но я, скажем, не могу выбрасывать книги.) Если вы читаете это в интернете, закройте вкладку и на всякий случай запомните, что это был за автор, чтобы в следующий раз не читать других его шедевров.
Прошлое объективно и неизменяемо, к счастью, оно не управляется наперсточником в должности министра культуры. Будьте осторожны в подборе информации, избегайте лжецов.
Следующая часть нашего бесконечного сочинения о творчестве выдающегося историка современности О.И. Киянской написана, но пока Мышь размышляет над тем, как засунуть на забор 75 листов Ворда («почта подавилась мылом»), для затравки предлагаем вам кусочек из следующей, еще ненаписанной части «О.И. Киянская и тайные силы».
На эту тему будет тоже немало сказано, но история, которую мы хотим вам рассказать сейчас, коротенькая и внутри себя совершенно законченная, так что просто хочется ей поделиться, не дожидаясь, пока мы породим всю статью.
История о полицейской картотекеCollapse )
или очередное "да на Руси бывают такие фамилии, что только плюнешь да перекрестишься" (с).
В 1866 году в Екатерининской в Воспитательном доме церкви венчается личный почетный гражданин Николай Дмитриевич Нецветаев-Какуев. Надеюсь, что по большой любви.
Письма в действующую армию.
1. 1812.


Ехал всадник на коне.
Артиллерия орала.
Танк стрелял. Душа сгорала.
Виселица на гумне...
Иллюстрация к войне.

Б. Окуджава



Переписка Пестелей за 1812 год почти ограничивается рамками военной кампании, хотя это не совсем верно. Начало почти совпадает с выступлением гвардии из Петербурга к западной границе. Почти – потому что Павел по болезни не успевает к походу и вынужден догонять Литовский полк, в который он был зачислен по окончании Пажеского корпуса вместе со всем выпуском. В дальнейшем мы можем проследить события войны практически до самого оставления Москвы. Дальше фокус переписки смещается в сторону от военных действий, авторам уже не до того: родители ищут раненого при Бородине сына, сведений о котором у них нет, и о начавшемся наступлении есть буквально одно беглое упоминание.
В этих письмах, отправленных из мирного Петербурга тому, кто в походе, несмотря на всю осторожность Ивана Борисовича, поколения предков которого научили его не писать в письмах то, что думаешь – несмотря на это, помимо воодушевления, патриотического и героического порыва, здесь прорывается труд и усталость. И реальная опасность – и страх за жизнь сына, когда Елизавета Ивановна пишет: «если нам придется вас ______» - она не в силах записать последнее слово и оставляет прочерк. Почти тоже она повторит в самом последнем письме к сыну, весной 1826 года. Но пока – еще не время, в Бородинском сражении он только тяжело ранен, и это ранение будет в значительной мере определять его жизнь следующие четыре года.
Уезжая за полком в Вильно, Павел оставляет родительский дом практически навсегда. Так наступает зрелость, поначалу незамеченная родителями, переживающими разлуку с сыном и множество опасностей, которым он будет подвергаться. Но незаметно, может быть, за пару месяцев, тон писем меняется. Они обнаруживают его взрослым, - даже если, уезжая к армии, он забывает дома чайную ложку и пять рублей. Конечно, потом он возвращался домой, но это были приезды в гости или в отпуск. С этого момента перед нами – взрослый человек, ведущий самостоятельную жизнь, девятнадцать лет ему еще только исполнится.

Текст одним файлом лежит вот здесь: https://yadi.sk/i/qVJpD7G83AjAYW

Часть I, 12 апреля - 30 апреля 1812 годаCollapse )

продолжение здесь:
часть вторая http://odna-zmeia.livejournal.com/142660.html
часть третья http://odna-zmeia.livejournal.com/142469.html
часть четвертая http://odna-zmeia.livejournal.com/142080.html
часть пятая http://odna-zmeia.livejournal.com/141827.html
Или «Поэту никогда не быть котом»


Так много хороших стихов на свете,
Что просто не нужно писать мне эти
.
(Стихотворение «Я тогда был неведомой птицей», С.Б. Метелица. Сердце в пути. Улан-Удэ, 1973)

Сегодня мы завершаем подборку советских стихов о декабристах, которые можно не читать. Но мы это уже сделали, поэтому делимся с вами наиболее выдающимися фрагментами.

Начнем с обобщающих трудов.

И к чему бы, казалось, сравненье:
Декабристы – и эти цветы,
Что в короткую пору цветения
Как мечты наших предков, светлы


(Да, вы угадали: «декабрист, он же кактус!»(с))

Непокорные, с кактусом схожи:
Угловаты, живучи, просты...

Так и брызжут предутренней новью
От избытка любви и тепла.
И недаром, недаром Прасковья
Шлюмбергерами Декабристами их назвала.


(Сокол (Соколов В.Ф.) Глазами любви. Ярославль, 1972.)

сложности школьного обученияCollapse )

на СенатскойCollapse )

казньCollapse )


...Ну после казни жизнь не закончилась, и, как это часто бывает, кто не умер, тот заплакалCollapse )

и о любвиCollapse )

Ну, и завершаем мы наш рассказ, вернувшись к его началу. Раскроем же наконец тайну взаимоотношений поэта и кота.
Это последние две строки маленькой поэмки о Пушкине Г. Некрасова под названием «После залпов на Сенатской» (Звезда. 1974. № 6.).

«Гони, ямщик, что б ни было потом,
Поэту никогда не быть котом рабом».

Да и не только котом, но и, как говорил возможно известный читателям начальник штаба 2ой армии генерал П.Д. Киселев «нигде, никем и никогда быть не может».
Тоже хочется до Нового года успеть выложить что-то серьезное, поэтому вот.:) Мы с Мышью написали первую, общую часть разбора творчества историка О.И. Киянской, и собираемся продолжать, по мере готовности выкладывая продолжение или у меня, или у Мыши, где окажется логичнее.

цели автора, или движение декабристов как гипофизCollapse )

...и методы автораCollapse )

Вот как-то так в целом это выглядит. В дальнейшем мы хотим более подробно остановиться на основных темах ее концепции: об украденных миллионах, о шантаже и подкупе, о спецслужбах и их закулисной роли и еще некотором количестве не менее красочных сюжетов. Оставайтесь с нами!
Итак, к дате – давно обещанный выпуск хороших стихов по теме. Разумеется, хороших на наш вкус. С плохими стихами все понятно, а при выборе хороших начинается вкусовщина. Кому-то, может быть, понравилось бы то, что мы оставили за скобками. Кому-то, вполне возможно, не понравится то, что мы все-таки отобрали. И отобрали-то, прямо скажем, немного. Кроме того, здесь нет ни одного стихотворения Андрея Чернова, потому что он безусловно стоит отдельного поста.
Немного о компоновке. Большую часть подборки составляют стихи поэтов пост-Серебряного века. Написаны они уже в советские годы, но людьми, которые как поэты сформировались в предыдущую эпоху.
А дальше из всего немаленького советского периода мы выбрали только один цикл поэта Заславского, да и то не целиком.
Такое впечатление, что с темой самой по себе в советское время не задалось, она выглядела таким официозом, что хорошее из этого получалось, только если люди смотрели под каким-то своим, очень причудливым углом.
И завершает пост папка «Странное», которая и представляет несколько вариантов такого взгляда.

Серебряный векCollapse )



Риталий ЗаславскийCollapse )


Папка СтранноеCollapse )
Часть 1 - здесь
Еще раз оглянемся назад. Источники для изучения истории тайных обществ и всего движения декабристов – это в первую очередь следственные дела (мемуаров не так много, и о самих тайных обществах в них написано не особенно подробно). почеркушка источниковедческаяCollapse )
И на этой высокой ноте обратимся все-таки к Шкерину и посмотрим, как работает с источником профессиональный историк. ну и собственно о В.А. ШкеринеCollapse )
Или нечто об истории исторической науки, а именно декабристоведения, его целях и методах, такой набросок статьи, которую я давно хотела написать. Изначально хотела сформулировать впечатления от прочтения довольно новой монографии, в итоге написалась статья. Мы с Фредом (он тут полноправный соавтор) мучили ее почти месяц, она все увеличивалась и увеличивалась в размерах,:) так что вот вам результат.:)
Почеркушки на полях ненаписанной статьи о развитии отечественной истории общественных движений за последние лет сто. Неплохой заголовок:-). Где бы еще взять столько времени, чтобы такую статью написать? Поэтому остаются только почеркушки по разным поводам – вот в данном случае поводом стала монография В.А. Шкерина «Уральский след декабриста Бригена» почеркушка об истории декабристоведенияCollapse )
Ну вот, пока это последняя часть хвалебной пени-кричалки Мыши как поэту.:) Выбор может кому-то показаться странным, но некоторые, может быть, уже давние или прошедшие не особо замеченными стихи, меня зацепили и запомнились, поэтому они здесь, а некоторых, тоже многими любимых, нет, потому что подборка моя, куда хочу, туда и ставлю.:)

явление герояCollapse )

***
И немного того, что не попало в предыдущий выпуск. Что-то не разложилось по темам, а что-то я просто прошляпила, и сейчас исправляю оплошность.
подбирая хвостыCollapse )

Мышь. Текущая тема.

Время от времени я делала здесь тематические подборки особенно любимых мною Мышиных стихов, так вот, за мной оставалась одна - Мышь о декабристах. Так вот, если говорить о стихах по теме, особенно о хороших стихах, то самое время эту подборку наконец вывесить, потому что Мышины стихи, имхо, часто куда лучше стихов т. наз. профессиональных, т.е. публикующихся на бумаге поэтов. На самом деле, разумеется, на вкус и цвет все фломастеры разные, и вы смотрите сами. Моих комментариев здесь немного, стихи из Мышиного ЖЖ я часто копировала с ее же комментариями по реалиям, выделяю их курсивом.
Выборка получилась неожиданно объемная, поэтому пришлось делить ее на два поста, здесь, в первом - стихи о разных людях и обстоятельствах, но не о "главном герое" - А.П. Барятинском, чьей биографией она занимается, это будет отдельный пост, а пока...

В душу приходят к нему сто двадцать
Тех, для кого заповедал Бог

Право пытаться и право сметь,
Счастье, овации, слабость, смерть.
27.07.2014

Мышь, стихи о космодесантнике.

Вроде бы все достаточно свежее, но мне хочется повторить здесь некоторые из довольно давних стихов, может быть, кто-то их пропустил или уже забыл. К текстам довольно много авторских комментариев, я их часто тоже повторяю – они необходимы, потому что материал, мягко говоря, не самый известный.

раздел разное Collapse )

вне разрядов Collapse )

ну и в завершениеCollapse )
Продолжение следует.:)
Сегодняшний выпуск нашего литературного обозрения – тематический. В нем поэты пишут о поэте. Примерно половина от массива советских стихов про декабристов посвящена тому, как повезло декабристам, что в их сторону пару раз посмотрел Пушкин. Возможно, дружба с Пушкиным обеспечила Кюхельбекеру такую бешеную популярность среди советских поэтов. Наверное, во всех стихах «на тему» Кюхельбекеру посвящено явно больше трети. К тому же он поэт, причем отнюдь не гениальный. Видимо, авторы стихов чувствовали с ним родство душ.
В общем, бедному Кюхельбекеру невероятно не повезло. Жизнь у него была тяжелая, стихи о нем почему-то писали исключительно плохие. Ну, хоть с прозой ему повезло – про него есть роман Тынянова, возможно, и вдохновивший часть авторов. Правда, все они по таланту – далеко не Тынянов.
Родство душ, видимо, особенно усугублялось тем фактом, что Кюхельбекер был женат. О его жене мы знаем иронический отзыв Пущина, из которого Дросида Ивановна получается этакое «чудище обло». Поэты, судя по их творчеству, этот отзыв читали. Возможно, они не знают продолжения этой истории, когда Дросида Ивановна, уже вдова, проезжая через Ялуторовск, задержалась там примерно на год и в итоге родила Пущину сына. Да им это и неважно. Главное – «она его не понимала». И родство авторов с поэтом-декабристом становится еще теснее…

и с примерами!Collapse )

А мы прощаемся с вами до следующего раза, маразматических стихов еще огромный конверт, как бы не на два выпуска.
Перед вами – выпуск литературного обозрения от Террариума. Итак, к нам добралась посылка из Читы. Среди прочих 26 килограммов книг был, в частности, выбранный Мышью библиографический указатель стихов о декабристах. Произведя некоторый минимальный отбор по именному указателю, мы предлагаем вашему вниманию избранные места из советской поэзии на тему, под общим заглавием «Почему оно такое синенькое? Потому что мертвенькое». С этой частью выпуска гораздо лучше нас справился бы пародист Александр Иванов, но, правда, он уже выполнил часть нашей работы, посвятив пародию товарищу, который стоит на Сенатской и не может найти там Зимний дворец…

а теперь - слайды!Collapse )

Хотим вас обнадежить – нам попались и неплохие стихи, хотя местами странные. Но об этом – в следующем выпуске нашего литературного обозрения. Оставайтесь на связи.:)
3.
1809 – 1811.
Между: письма в Москву и Петербург.


Так сколько же вам лет, дитя мое?
Ах, много сударь, много - восемнадцать.

Ю. Ряшенцев. Песня из фильма "Три мушкетера"


Эти письма, не имея территориального единства, довольно четко объединяются тематически. Общее для них – именно промежуточное положение того времени, когда они написаны (из Дрездена – в Москву, из Москвы – в Петербург, от гувернеров – в Пажеский корпус, из корпуса – в службу). Это жизнь, которая быстро меняется. Это короткий период перед началом самостоятельной жизни. Родители внезапно обнаруживают, что мальчик вырос, но еще не очень верят этому, и торопятся еще исправить шероховатости его характера, пока есть время. Прежние гувернеры заверяют в дружбе и просят помощи в поиске покровительства. Оставшаяся в Германии бабушка напоминает: теперь только вы сами будете отвечать за ваши поступки.
За эти два года меняется окружение Павла – меняется сильно, и больше одного раза. Адресату этих писем нужно успевать соответствовать всем этим переменам. Это трудно, но об этом речь вроде бы и не идет.
В этой части публикации, как и в предыдущей, есть письма, неопубликованные в 22 томе ВД – это письма учителей Павла (Л. Дерош, У. Джексон).
Эта часть публикации, как и предыдущая, была бы невозможна без помощи Истарни (istarni) в отношении немецких реалий. Мы также благодарим Хольгера (istanaro) за перевод с испанского фрагментов необходимой нам при комментировании монографии.

Текст одним файлом - здесь: https://yadi.sk/i/iNNJO1x1tuuSh

Переписка, 1809 год, началоCollapse )

Продолжение здесь:
http://odna-zmeia.livejournal.com/137773.html
http://odna-zmeia.livejournal.com/137587.html
http://odna-zmeia.livejournal.com/137450.html
http://odna-zmeia.livejournal.com/136978.html

Latest Month

December 2017
S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31      

Page Summary

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by Paulina Bozek