?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry


Семейная переписка Пестелей.

Часть I. Довоенная переписка.

1. 1799 – 1805.
Письма в Москву.


«Мальчики росли, высокие, как мысли…»
Лидис


Эта часть писем адресована ребенку. Или детям – когда адресатов несколько - в те времена письма были одним из инструментов воспитания. И эти письма, написанные родителями, дедушкой, бабушкой, учителями одной из своих целей имеют именно воспитание. Таким образом, мы можем увидеть, каковы были цели и принципы воспитания в образованных семьях Века Просвещения, кого они ожидали вырастить. Адресату этих писем от шести до двенадцати лет, и процесс еще далек от завершения. В этой части – письма детям до их отъезда на учебу в Германию, пока они еще живут в родительском доме, поэтому основная часть «педагогической поэмы» последует в дальнейших выпусках, когда переписка станет по необходимости более регулярной.

1799
И.Б. Пестель – Павлу Пестелю
На л. 2. адресовка: «Pour mom chere Pаulinки»(*1)
Л. 1.
[1799](*2)

Я благодарю тебя, мой дорогой Поль, за твои два письма и нежно тебя обнимаю. – Обними также от моего имени твоих братьев. – Я жду вас всех троих с нетерпением, чтобы вас обнять и вручить вам игрушки. Прощай, мой дорогой, я благословляю тебя от всего сердца.
Р.(*3)
ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 1. Л. 1.
___________________________
(*1) Так в тексте, в имени переход с латиницы на кириллицу, выделенный курсивом.

(*2) По-видимому, относится ко времени краткого пребывания И.Б. Пестеля в Санкт-Петербурге в должности Петербургского почт-директора, закончившегося его опалой и отставкой.

(*3) Подпись И.Б.Пестеля в виде латинской буквы «Р».

1801

И.Б. Пестель – Павлу Пестелю
Л. 4 об. Адресовка: «Моему доброму Другу Полю в Москву»
Л. 3.
Вятка, 1 нояб[ря] 1801(*1)

Я вас благодарю, мой дорогой Поль, за ваше маленькое письмо от 22-го прошлого месяца. Оно доставило мне большое удовольствие, тем более что вы сообщаете мне в нем такие хорошие новости о вашем здоровье и здоровье ваших братьев. Обнимите очень нежно всех троих за меня. Я прошу вас всех вести себя хорошо и радовать вашу милую маменьку. Будьте здоровы, мои милые друзья. Ведите себя хорошо и молите Бога, чтобы он помог вам заслужить одобрение ваших родителей и всех, кто вас окружает. Обнимаю вас очень нежно и так же нежно люблю.
Весь ваш Р.
ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 1. Л. 3.
___________________________
(*1) Это письмо, как и следующее, написано из поездки, куда Иван Борисович, всего за пять месяцев до того назначенный сенатором, отправился для ревизии в Вятской губернии, «на счет управления которой был сделан донос». По его собственным воспоминаниям, он выехал в октябре 1801 г. и находился там до января следующего года. В поездку вместе с ним по его собственной просьбе был отправлен еще один сенатор, 72-летний Н.Н. Салтыков, но оказался в ней мало полезен, поскольку был стар, нерешителен и никогда раньше не уезжал далеко от Москвы. Само путешествие Иван Борисович вспоминает как тяжелое, но результаты ревизии были признаны успешными и принесли ему одобрение императора. («Записка о службе И.Б. Пестеля, им самим написанная» // Русский архив. 1875. № 4. С. 372-373.)

И.Б. Пестель – Павлу Пестелю
Л. 6 об. Адресовка: «Господину Павлу Пестелю в Москву»
Л. 5.
Глазов(*1), 10 декабря 1801

Мой дорогой Поль, ваше письмо от 26-го прошлого месяца доставило мне очень большое удовольствие. Вы так хорошо его написали, что я был поражен, поскольку еще не видел ничего так хорошо написанного вашей рукой. Будьте и впредь, мой милый Друг, прилежным в учебе, разумным и послушным. Это самый надежный способ заслужить одобрение ваших родителей и учителей. Молите Бога, чтобы он благословил ваши старанья и даровал вам необходимые способности, чтобы стать однажды человеком, полезным для ваших ближних и для службы на благо вашего отечества.
Обнимите нежно за меня ваших троих братьев, и скажите Борису, что я был очень доволен, узнав, как мужественно он себя вел во время маленькой операции, которую сделали его больной ноге(*2).
Будьте добры, мой дорогой Поль, передать мои наилучшие пожелания господину де Ториаку(*3), и скажите ему, что я был весьма удручен, узнав, что его болезнь причинила ему столько страданий. Самая искренняя дружба, которую я испытываю к нему, послужит ему порукой самого живого участия, которое я принимаю во всем, что его касается. Я желаю от всего сердца //л. 5 об. чтобы его здоровье восстановилось как можно скорее, и чтобы он был счастлив во всех отношениях.
Вы не сможете поверить, мой милый Друг, как я желаю вернуться к вам, мои милые дети. Молите Бога, чтобы Он благословил мои труды и привел их к счастливому завершению, чтобы я вновь смог вернуться к вам и вашей дорогой Маменьке. В ожидании заботьтесь о ней как следует и старайтесь радовать ее вашим хорошим поведением и прилежанием в учебе.
Поблагодарите хорошенько г[осподи]на Меранвиля(*4) за его память обо мне и передайте ему мои наилучшие пожелания, как и всем тем, кому угодно будет обо мне вспомнить.
Прощайте, мой милый Друг Поль. Я вас обнимаю, так же как и ваших братьев и благословляю вас всех четверых от всей моей Души.
Весь ваш всем сердцем
Р.
ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 1. Лл. 5-5 об.
___________________________
(*1) Глазов – уездный город Вятской губернии.

(*2) Речь идет о каком-то детском заболевании (возможно, врожденном), в результате которого Борис потерял ногу и был впоследствии вынужден избрать статскую, а не военную службу.

(*3)Де Ториак (Tauriac) – по видимому, то же лицо, что упоминается в письме Ивана Борисовича от 16 февраля 1804 г. (где ему также передан привет), а также в письме Анны Крок внуку из Дрездена 15/27 февраля 1809: «Передайте мои приветы, мой дорогой Поль, Господам Дерошу, Гавинье, д’Изарну, де Ториаку (если вы будете в состоянии его увидеть)…»
Его же, с большой вероятностью, упоминает в своих воспоминаниях о Москве в 1812 году французская актриса Луиза Фюзиль:
«В шесть часов утра раздались несколько ударов в наружную дверь. Я побежала в комнату друзей: "Ну, теперь мы погибли, — сказала я, — дверь выламывают". Однако я услышала, что вызывают по имени хозяина дома. Заглянув в щель ставни, мы увидали своих знакомых. Это был Ториак, эмигрант, бывший офицер императорской армии. "О, Боже, в той местности идет резня, и он спасается к нам", — воскликнула я.
Ториак рассказал, что пожар начался близ его дома, и он, боясь, что его дом сгорит, пришел просить у него приюта для себя и еще для двух лиц. Получив согласие, он ушел за остальными.» (Записки актрисы Фюзиль.//Де ла Флиз. Поход Наполеона в Россию в 1812 г. М., "Наследие", 2003. http://kemenkiri.narod.ru/gaaz/fuzil.htm )
Действие происходит в момент, когда Луиза Фюзиль находилась в доме своих друзей на Басманной улице – следовательно, дом де Ториака мог находиться где-то неподалеку.
В 1815 году в канцелярию Московского генерал-губернатора пришло официальное письмо из Варшавы о том, что среди прочих следов отступления французских войск один из местных жителей нашел бумаги «московского купца Ториакова» - в том числе счета на 13000 рублей. Нашедший (а точнее, кто-то уже перекупивший у него бумаги) хотел отдать их хозяину – разумеется, за вознаграждение. Однако из Москвы поступил ответ, что «он, Ториак, во время выхода из Москвы неприятельских войск, обще с ними из оной вышел и в ретираде сей кончил жизнь свою». По-видимому, бумаги и были найдены на месте его смерти или близко от него. (ЦИАМ. Ф. Управления Московского генерал-губернатора.)
Семейство Ториак до сих пор существует во Франции, производя, в частности, одноименный коньяк.

(*4) Представитель семейства французских эмигрантов Меранвиль-де-Сент-Клер. Впоследствии один из представителей семейства получил (в 1813 г.) русское дворянство (http://www.history-ryazan.ru/node/11869), а до этого два поколения Меранвилей учили танцам в г. Москве. В Адрес-календаре за 1807 и 1808 гг. упоминается «учитель танцевания» гимназии при Московском университете Федор Меранвиль.
По-видимому, о нем же (и о его отце) пишет в своих воспоминаниях Н.Г. Левшин:
«В продолжение зимы 1803 г. и до марта 1804, учили меня танцовать весьма пристально. Г. Меранвиль (танцмейстер ловкий, мужчина статный, расфранченный; везде бриллианты на нем помню: на руках по перстню и в галстуке большой перстень с желтым камнем (topase du Bresil) тысячи в две или более, двое часов с бриллиантовыми цепочками) долго хлопотал научить меня своему искусству; но успехи были плохи. Этот г. Меранвиль был сын стараго Меранвиля, учившаго еще танцовать матушку мою».
(Левшин Н.Г. Домашний памятник Николая Гавриловича Левшина. 1788-1804 / Публ. и примеч. Н.П. Барышникова // Русская старина, 1873. – Т. 8. – № 12. – С. 823-852. http://memoirs.ru/texts/levshin.htm )
«Знаменитого московского танцмейстера Меранвиля» и его танцевальный класс упоминает в «Москве и москвичах» и «Вечере на Хопре» М.Н. Загоскин.


1802

И.Б. Пестель – Павлу Пестелю
Л. 7.
Л. 8 об. Адресовка: «Моему дорогому Полю в Москву»
C[анкт]-Петерб[ург], 7 марта 1802(*1)

Обнимаю вас от всего сердца, дорогой Поль, за ваше последнее письмо, оно доставило мне огромное удовольствие, как своим содержанием, так и прекрасным почерком – я показал его вашей бабушке(*2), которая тоже получила большое удовольствие и просила меня передать вам, что она хвалит вас за ваши успехи в каллиграфии. Она вас нежно обнимает так же, как и ваших братьев. Я сообщаю вам все это, дорогой друг, чтобы приободрить вас в вашем прилежании к учебе, и чтобы вас уверить, что, делая успехи, [люди – вставлено по смыслу] добиваются одобрения, которое должно быть лестно и обнадеживающе для чувствительной души.
Я очень рад вам сообщить, что я надеюсь уехать в конце будущей недели и вскорости вас обнять. Обнимите нежно ваших троих братьев и скажите им, что я люблю их всем сердцем. – Прощайте, дорогой Друг.
Р.
РS. Ваш дядя Андрэ (*3) благодарит вас за то, что вы его помните и нежно вас обнимает, так же, как и ваших братьев.

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 477. Ч. 1. Пап. 1. Л. 7.
_______________________
(*1) К этому моменту ревизия в Вятской губернии была закончена, и Иван Борисович с отчетом о своих действиях отправился оттуда напрямую в Петербург.

(*2) Речь идет о матери Елизаветы Ивановны, Анне Томасовне (Анне Елене) Крок, урожденной баронессе фон Диц (25.08.1752 - 09.11.1834). Она была дочерью генерал-лейтенанта барона Томаса фон Дица, замужем за дипломатом Иоганном Матиасом Кроком (умер в 1798 г.), в браке было трое детей, две дочери и сын (Пауль Петер, служил в Коллегии иностранных дел, с 1794 г. в отставке, по-видимому, достаточно рано умирает). (Родная сестра Иоганна Матиаса Крока, еще одна Анна-Елена Крок (1746 – 1809), была супругой Бориса Владимировича Пестеля – и матерью Ивана Борисовича.)
Вместе с супругом-дипломатом Анна Томасовна провела много лет в Западной Европе, сама интересовалась европейской политикой, - а также философией и литературой, - имела обширные знакомства среди европейской аристократии и людей науки и искусства. В 1786 году выпустила книгу о путешествии по Швейцарии, совершенном вместе со старшей дочерью (Елизаветой Ивановной), в форме писем, адресованных супругу, детям и неназванному знакомому ([Krock, A. H. v.]: Briefe einer reisenden Dame aus der Schweiz. Straßburg: Dannbach, 1786.)
К моменту написания данного письма живет в Петербурге, затем в 1806 г. перебирается в Москву, а оттуда уезжает в Дрезден и уже больше не возвращается в Россию, но поддерживает переписку с родными.

(*3) Андрей Борисович Пестель (1778-1863) – родной брат Ивана Борисовича, военный, к тому времени – майор Тенгинского пехотного полка. Впоследствии участвовал в кампаниях 1806-1808 гг., с начала 1812 г. воевал на Кавказе, где дослужился до генерал-майора. Был женат (с 1823 г.) на Елизавете Петровне Загряжской, дочери шталмейстера двора Петра Ивановича Загряжского; с женой практически не жил, детей в браке не было. Имел склонность к странным авантюрам; так, во время длительного заграничного отпуска связался с неким «тайным обществом» по поиску сокровищ, члены которого, ссылаясь на мистические откровения, пытались (даже после его возвращения в Россию) выманить у него состояние и отравить его. После отставки в 1834 г. жил по большей части в Петербурге, где и скончался.


Анна Крок – Павлу Пестелю
14 августа 1802

Если бы я не была нездорова эти последние две недели, мой дорогой Поль, то как бы я поблагодарила вас за удовольствие, которое доставили мне ваше письмо, ваше воспоминание и ваше внимание. О! – да, дитя мое, мы с вами так долго не виделись; но я вижу с большим удовольствием, что это время не было вами потеряно. Вы стали большим мальчиком, весьма рассудительным, весьма прилежным и так хорошо пишущим. Когда вы меня покинули, я подумывала назначить вас моим обер-шталмейстером (*1); теперь вы уже можете стать начальником моей канцелярии, а стоит только вам заняться еще историей и хорошенько изучить Эпохи(*2), которые я прислала для вас Маменьке, вы будете моим Премьер-министром. Папенька расскажет вам, что это весьма почетные Обязанности – быть начальником Канцелярии и в особенности Премьер-Министром, и ради них стоит как следует потрудиться.
Я очень рада, что бедный Борис меньше страдает от своей ноги; скажите это ему, обняв его//л. 3 об. за меня, также как и Воло и Александра. Поскольку мне кажется, что вы очень любите этого последнего, вам следовало бы заняться его воспитанием, что вы об этом думаете? – Я очень люблю вас, мой дорогой Поль, за ваше желание быть подле меня; это доставило бы мне огромное удовольствие. Теперь, когда я совсем одна, я часто скучаю и очень грущу. Пишите мне иногда, чтобы рассказать мне, что маменька по-прежнему вами довольна, и что вы немножко меня любите, это меня порадует, ведь я очень вас люблю.
A.Kroock.

ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 478. Лл. 3 – 3 об.
----------------------------------------
(*1) «Grand-Ecuyer». Придворный чин. Обер-шталмейстер заведовал придворными конюшнями и относящимся к ним хозяйством.

(*2) По-видимому, речь идет о каком-то историческом сочинении, присланном Анной Крок для внука.

Софья Ивановна Леонтьева (*1) – Павлу, Борису, Владимиру и Александру Пестелям
[1802](*1а)

Поль, Борис, Вольдемар, Александр.
Благодарю вас, мой милый маленький друг, за прелестное письмо, которое вы мне написали; оно доставило мне огромное удовольствие, уверяю вас; во-первых, потому что оно доказало мне, что вы меня не забыли, и что вы еще любите меня немножко, а затем, потому что я увидела в нем успехи, сделанные вами в чистописании после моего отъезда из Москвы. Хвалю вас за это, мой дорогой Поль; продолжайте так и впредь, и вы получите удовольствие, видя ваших родителей удовлетворёнными вами, так же, как ваш Гувернер и ваши учителя. Если вы по-прежнему любите меня настолько, чтобы мне написать, адресуйте ваши письма в Неаполь //лл. 38 об. и попросите Маменьку показать вам этот Город на Карте. Прежде чем туда приехать, нам предстоит совершить долгое путешествие, мой маленький друг. Молите Бога, чтобы оно было благополучным, ибо мы встретим множество опасностей. Дороги часто плохие, а множество лесов, которые нам предстоит пересечь, кишат разбойниками. Несмотря на это, мне очень хотелось бы иметь вас подле себя; я нашла бы довольно средств, чтобы развлечь вас, показывая вам прекрасную Италию, где мы останемся на долгий срок.
Как бы мне хотелось, дорогой мой Поль, чтобы вы и ваши братья могли увидеть моего сына, вашего маленького Кузена Александра (*2); как я была бы счастлива, //л. 39 видя, как вы приближаетесь один за другим к его кроватке и целуете его, говоря, что он очень мил, и что вы уже любите его немножко.
Мои милые маленькие друзья, я так часто нахожусь мысленно среди вас и весьма огорчаюсь, когда думаю о том, что пройдет, быть может, еще много времени, прежде чем я вновь вас увижу. До тех пор не забывайте меня и говорите обо мне иногда с вашими Тетушками (*3), которые, ручаюсь, начинают уже меня забывать, в особенности, противная Натали, которая мне не пишет и совсем меня больше не любит.
Не забудьте, маленький друг, поцеловать за меня тысячу раз ручку //л. 39 об. Дедушке и Бабушке(*4), засвидетельствовав им мое почтение. Прощай, мой дорогой маленький Поль, я тебя обнимаю очень нежно, так же как и твоих маленьких братьев. Твой дядя Леонтьев(*5) делает то же от всего сердца.
/подпись/
ГА РФ. Ф. 48. Оп. 1. Д. 478. Лл. 38 – 39 об.
______________________
(*1) Софья Ивановна, урожденная Крок (1776 – 1809) – родная сестра Елизаветы Ивановны Пестель. Замужем за Николаем Николаевичем Леонтьевым (см. о нем примечание 5). В семье двое сыновей: позже упомянутого в этом письме Александра родился Валентин.
Возможно, именно в честь Софьи Леонтьевой была названа родившаяся через год после ее смерти младшая дочь Ивана Борисовича и Елизаветы Ивановны, Софья Пестель.

(*1а) Дата в письме отсутствует. Датируется по упоминанию всех четырех братьев – и по отъезду Леонтьевых в Италию, Н.Н. Леонтьев находился с 1802 г. в должности временного поверенного в делах в Неаполе.

(*2) Александр, старший сын Леонтьевых. К моменту написания письма ему, по-видимому, около года. (Александр Леонтьев последний раз упоминается в семейной переписке Пестелей в 1817 г., а Валентин упомянут еще в 1825 г., дальнейшая их судьба неизвестна.)

(*3)Имеются в виду сестры Ивана Борисовича: Екатерина (1772 - 1827, в браке – Биллингс), Елизавета (даты жизни неизвестны, в браке – фон Брин) и Наталья (р. 1775, в браке - Машкова).
Мужем Екатерины был Иосиф Иосифович (Джозеф) Биллингс (ок. 1758 – 1806), английский мореплаватель, участник третьего кругосветного путешествия Дж. Кука. С 1783 г. он поступил на русскую службу, где в 1785-1793 гг. совершил экспедицию вдоль берегов Северо-Восточной Сибири, Чукотки и Аляски (экспедиция Биллингса-Сарычева). По результатам съемок участников экспедиции Биллингсом была составлена карта Чукотского полуострова, с незначительными дополнениями использовавшаяся до 1931 г. В 1797-1798 гг. Биллингс командовал топографической съемкой берегов Черного моря, по результатам которых составил и выпустил в 1799 г. «Атлас Черного моря». В брак с Екатериной Борисовной Пестель Иосиф Биллингс вступает после 1794 г., у них рождаются дочери Надежда и Елизавета (потомки этой семьи до сих пор живут в России). Плавания Биллингса не принесли ему ни богатства, ни тем более здоровья, - скончался он в 1806 г.
Муж Елизаветы - Франц Абрамович фон Брин (1761 – 1844), потомок голландских купцов, осевших при Петре I в Архангельске. В формулярном списке он значится как «сын Римско-Императорского Консула, вступившего в подданство России». Действительно, его отец, Абрахам ван Бринен (ум. 1792), глава торгового дома в Архангельске, чьи суда доходили до Средиземного моря, с 1785 г. получил право представлять интересны Австрии. При этом он родился в Архангельске и провел там большую часть своей жизни. (Э. Амбургер. Ван Бринены и их род в Архангельске. http://paetz.ru/?page_id=3361 ) Семейство торговало под маркой «Родиона Фанбрина сыновья» («Родионом» оказался в русской транскрипции приехавший в петровское время Рутгер ван Бринен). Это было одно из самых богатых семейств в городе, однако торговля и в целом судьбы фон Бринов не всегда складывались гладко: один из них в 1824 г., например, был оштрафован за ввоз запрещенных товаров на астрономическую сумму в полмиллиона рублей, и не будучи в состоянии ее уплатить, скрылся неизвестно куда, другой оказался дважды приговорен английским судом к каторжным работами и умер в Австралии. (С. Гернет. Генеалогический детектив : Фанбрины // Генеалогический вестник. Вып. 16. Спб., 2003.) Оба они приходились племянниками Францу Абрамовичу, пошедшему по совершенно другой стезе.
Франц фон Брин служил в артиллерии, участвовал в русско-турецкой войне 1787-1791 гг. (занимался, в частности, наведением переправ и поддержанием в порядке недавно взятых у турков крепостей), в 1799 г. вышел в отставку и недолго служил в почтовом ведомстве. (С семейством Пестелей он уже был знаком несколько раньше: в брак с Елизаветой Борисовной он вступает в 1797 г. в Риге – кстати, во время служебной поездки туда ее отца – см. о нем следующее примечание). И дальше его служебная карьера начинает переплетаться с карьерой Ивана Борисовича. Фон Брин также становится губернатором: с 1805-1807 гг. – смоленским, в 1808-1810 гг. – томским, а с 1810 г. он по ходатайству Ивана Борисовича назначен тобольским губернатором и числился им до 1821 г., в дальнейшем числился неприсутствующим членом Сената. После его смерти в некрологе, напечатанном в газете «Северная пчела», отмечалось, в частности «патриархальное гостеприимство» покойного. В семье было по меньшей мере пятеро детей. Сын Сергей Францевич (1806-1876), сделал военную карьеру, в 1850-х годах был в Москве начальником 6-го пехотного корпуса. Кроме него, в семье был сын Валентин, вероятно, умерший в детстве, а также три дочери. На 1830 г. старшая, Наталья, уже была замужем, а при отце жили две младшие, 16 и 15 лет, Елизавета и Аделаида (Адель), вскоре умершая от чахотки. (РГИА, фонд Департамента Герольдии, дело о дворянстве Бринов). В Адель, судя по упоминанию в переписке знакомых, был влюблен и собирался жениться младший сын Ивана Борисовича и Елизаветы Ивановны, Александр Иванович Пестель, в 1830-е гг. – частый гость в семействе Бринов (НИОР РГБ, фонд Каткова).
Петр Павлович Машков (1763-1831) родился и умер в Москве. Окончив Сухопутный шляхетский корпус, с 1770 по 1800 гг. служил в разных пехотных полках, участвовал в войнах с Турцией и вышел в отставку генерал-майором. И, видимо, вскоре после этого женился на Наталье Борисовне. В браке было трое детей, две дочери Анна и Екатерина и сын Павел. Потомки сына прослеживаются вплоть до 1917 г. – а судя по фамилиям заказывавших соответствующее архивное дело - и до нашего времени. Нам пока неизвестна дата смерти Натальи Борисовны – возможно, умирает она не в Москве. (ЦИАМ. Фонд Московского дворянского депутатского собрания.)
К вопросу о «противной Натали» - судя по всему, они с Софьей Леонтьевой подруги. Еще до замужества сестры были крестными детей Ивана Борисовича: у Бориса – Екатерина, у Владимира – Елизавета и Наталья (последняя – вместо отсутствующей Софьи фон Крок, автора этого письма).

(*4) Имеются в виду родители Ивана Борисовича, Борис Владимирович (1739 – 1811) и его супруга Анна Елена (Анна Ивановна, 1746 – 1809), урожденная фон Крок (уже упоминавшаяся выше, родная тетка Елизаветы Ивановны).
Борис Владимирович Пестель – сын Вольфганга Пестеля (1696 - 1764), прибывшего на русскую службу из Саксонии в 1819 г. и Сары Гейсберты Д’Акосты (1693-1752), дочери шута Петра I Яна Кортизеса Д’Акосты. Начав службу в Петербурге, Вольфганг в 1829 году становится московским почт-директором, и эту должность наследует его сын, а затем последовательно – два внука (Иван Борисович и Николай Борисович). До службы в почтовом ведомстве Борис Владимирович закончил Шляхетский корпус, участвовал в Семилетней войне. Его интересы, судя по всему, были шире служебных в узком смысле. Так, будучи отправлен с ревизией почтовых станций по тракту Москва – Рига, он также написал путеводитель по городу Риге (Пестель Б.В. Примечания о городе Риге. М., 1798.)
В семье было шестеро выживших детей, три дочери и три сына (о дочерях см. примечание 3 к этому письму). «Анна Ивановна», в отличие от мужа, русской грамоты не знала, и в документах за нее расписывались сыновья или знакомые.

(*5)Леонтьев Николай Николаевич (1772-1830), дипломат, позже был на военно-инженерной службе. Камергер, генерал-майор. С 1802 г. – секретарь русского посольства в Неаполе; в 1806 г. переведен в Дрезден. В 1810-1815 гг. служил в Ведомстве путей сообщения, в частности, руководил строительством Тихвинского канала. Состоял в Императорском человеколюбивом обществе, Комитете общества попечительства о тюрьмах, Вольном экономическом обществе.
Вскоре после смерти первой жены вступил во второй брак с Марией Павловной Шиповой (1792—1874), сестрой декабристов Ивана и Сергея Шиповых.

Часть 2. http://odna-zmeia.livejournal.com/132213.html