Natalie (odna_zmeia) wrote,
Natalie
odna_zmeia

  • Mood:

Абхазия. Окончание.

Как-то оно странно легло на сочельник...
С Рождеством - всех, для кого это праздник!

***
За день до отъезда на обратном пути наконец увидели сочинскую электричку - а то мне уже начало казаться, что это не просто легендарный, а прямо-таки мифический объект.

***
За все две недели здесь мне ни разу не снились руины. Ждали своего часа, пока я вернусь в Москву? Ждали, пока я увижу их все? Я надеюсь, что не дождутся.

***
Адлер поразил меня видом целых многоэтажек. Еще сутки я прицельно вглядывалась в проносящиеся мимо поезда дома. На следующий день все прекратилось, и я привыкла…
Адлер бил по нервам - толпой на улицах, потоком машин, оглушающей музыкой из каждой щели; в конце концов разболелась голова. Водитель в машине спрашивал про Абхазию, в конце концов заключил: "А вам было не скучно?" Было заметно, что он ничего из сказанного не понимает…

Война была вчера. Поезд, следующий день, разговор с попутчицей, выяснившей, что мы из Абхазии. В августе 92-го она с дочерью отдыхала в Ишере в пансионате. "Сидим на станции в Псырцхе, электричку ждем. Народ обсуждает, будет ли война, а я думаю, что за чушь! На следующий день бухает что-то. Кто-то сказал, что это рыбаки рыбу глушат, а это Новый Афон обстреливали. Нас забрали в горы, мы там два дня прожили в отдельном доме у старика со старухой. Там был еще грузин с маленькой дочкой - он в Сухуми к жене шел, транспорт же встал. Они и его тоже приютили. Боевики забегали несколько раз в день, старуха их прятала и нам всем наказывала молчать, а то всех убьют - и его, и нас, и их. Потом он ушел. Я не знаю, что с ним стало… Потом перебрались в Гудауту, оттуда самолетом в Россию. Два дня сидели на вещах на военном аэродроме. Грузинов пропускали в первую очередь, потому что опасно было… Какая земля была, какая земля…" Женщина плачет или почти плачет, украдкой смахивая слезы.
Я думаю, что я, гордясь мало кем виденной экзотикой, на самом деле не видела ничего. Ишера, они жили в Ишере, у самого начала Сухумского серпантина, и попали в самое пекло. У меня слишком живое воображение. Ночью я думаю о том грузине с дочкой - можно ли молиться о том, что было 11 лет назад? Я не знаю, как все кончилось, а Создавший время выше времени… Господи, пожалуйста, пусть они дойдут, пусть они спасутся! О старухе-абхазке в горном доме, инстинкт которой оказался сильнее многолетней ненависти. О мужестве этой старухи, о том, что мой прадед - священник в 1905 году в Саратове вовремя еврейских погромов прятал евреев в подвале церкви, о том, как я боюсь когда-нибудь оказаться на его месте, на месте этой старухи, на месте нашей попутчицы.
Вчера, вчера, 10 лет - не срок. "Граждане, отечество в опасности, граждане, гражданская война!" В 92 году мне было не до отдыха и не до войны, ни до чего вообще, и что мне была тогда какая-то Абхазия. Засыпаю, ничего не снится, все виденные руины , даже встреченный напоследок навечно зависший на трассой в Гагре вагончик фуникулера с выбитыми стеклами - отступают в тень и, кажется, сидят там в засаде, выжидая… Чего? Момента, чтобы обрушиться? И просыпаюсь утром - от холода. За окном осень - полная, желтая и золотая, с изрядно облетевшими знакомыми деревьями. Полчаса до Тулы. Дома, мы уже почти дома. Почти все…
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 11 comments